Бедные граждане рф это

Сколько в России бедных?

По словам Владимира Путина, в России за чертой бедности живут 13% населения, или около 18 миллионов человек. Казалось бы, все очень неплохо — ведь 87% благоденствуют. Однако на деле все совсем не так.

18:35, 19.07.2012 // Росбалт, Главные новости

На заседании Госсовета президент Владимир Путин сказал, что в России 13% населения все еще живут за чертой бедности. «Это примерно 18 миллионов человек», — добавил он. Программа «Время» крупным планом показала лицо президента в этот момент — было видно, что он серьезно обеспокоен такими цифрами.

При этом внимательный телезритель, конечно же, сразу ухватил, что вообще-то в стране все не так и плохо: 87% населения благоденствует, но есть 13% неудачников, ничтожное меньшинство, о которых президент, тем не менее, тоже думает и беспокоится…

Однако если отвлечься от государева пиара и, по выражению Александра Пушкина, «алгеброй поверить» официальную статистику, все оказывается не совсем так. А вернее, совсем не так.

Для начала заметим, что Росстат дает нам все-таки не 13, а 13,5% бедных, и не «примерно 18 миллионов», а 19,1 миллиона человек. Но это — мелочи. Важнее критерии, благодаря которым правительство получает такие в целом оптимистичные картинки.

Итак, кто у нас является бедным? Ответ вроде бы простой: те, у кого доход ниже прожиточного минимума, который правительство РФ установило для россиян на уровне в 6 тыс. 307 рублей в месяц.

По словам бывшего заместителя министра труда, политолога Павла Кудюкина, этот минимум «рассчитывается в России по весьма архаичной модели», основой которой является так называемая «потребительская корзина» — по его мнению, весьма скудная. Журналисты из профсоюзной газеты «Солидарность» некоторое время назад подсчитали, что «продуктовая корзина» пленного немца в советском лагере времен Второй мировой была более солидной, чем та, которую предлагает сегодня российское правительство собственным гражданам. «Прожиточный минимум в России, это уровень не просто бедности, а физического выживания», — констатирует Кудюкин.

По мнению доктора экономических наук, директора Института проблем глобализации Михаила Делягина, «то, о чем говорит Путин, — это не черта бедности, а уровень нищеты». А вот на уровне бедности живут не 13, а 80% населения Российской Федерации, считает экономист, добавляя, что к категории бедных вообще-то относятся те, чей уровень доходов позволяет сохранять физиологическое здоровье, но при этом им «не хватает средств на покупку простой бытовой техники».

Величина прожиточного минимума в разных регионах России колеблется от 5 тыс. 500 рублей до 10 тыс. 500 рублей. По Москве он, например, составляет 9 тыс. 265 рублей в целом, и 10 тыс. 490 рублей — для работоспособного населения. Но давайте вычтем из последней цифры 13% подоходного налога, 2 тыс. рублей (в среднем) на проезд, как минимум 2500-3000 рублей на услуги ЖКХ. Останется около 4000 рублей на месяц. Или немногим больше 100 рублей в день, в которые, по мысли наших правительственных экономистов, очевидно, должны входить еще и расходы на питание, одежду, санитарно-гигиенические товары, лекарства, услуги…

Кудюкин в связи с этим вспомнил историю, когда два местных чиновника из разных регионов в качестве эксперимента решили месяц прожить на прожиточный минимум. Оба сильно похудели — один на целых 5 кг.

Но 9-10 тыс. рублей – это прожиточный минимум в Москве, где крутятся 80% всех российских денег. В Тамбовской области, скажем, прожиточный минимум пенсионера составляет 3 тыс. 800 рублей. Пенсионеры, конечно, меньше едят, рассуждает Делягин, но на лекарства тратят больше. Добавим, что на некоторые приличные лекарства и целой пенсии не хватит.

Да что пенсионеры! По данным того же Росстата, 61% тех, кто в РФ подпадает под категорию бедных – работающие люди. «У нас работающие граждане сплошь и рядом получают мизерную зарплату», — отмечает Делягин. Он привел в пример знакомого школьного учителя из райцентра Псковской области: зарплата 5 тыс. 250 рублей в месяц, из которой еще и вычитается подоходный налог в 13%.

Но что такое учителя для нынешних власть предержащих? Пензенский губернатор Василий Бочкарев очень четко выразил отношение к ним властей, так прямо и спросив местных преподавателей: «Что это за профессия такая – преподаватель?». Вот предприниматель — это да.

Так что с отношением к людям все понятно. Но, кажется, руководство страны (во всяком случае, на словах) нежно любит Родину и, в частности, ее оборонно-промышленный комплекс.

Посмотрим, что на деле.

Ижевский завод — тот самый, где делают знаменитые «калашниковы». На пресс-конференции руководителей профсоюзов оборонных отраслей один из профсоюзников рассказывал, что зарплата рабочих на конвейере «Ижмаша» — 6 тыс. рублей. Чтобы хоть как-то сводить концы с концами, они стоят у станков по две, а то и три смены. О качестве продукции в таких условиях говорить не приходится. А о качестве жизни – и подавно…

«Наличие людей с доходами ниже прожиточного минимума, за пределами социальной группы бомжей и бродяг, представляется преступлением российского государства (в отношении своего народа), так как по действующей Конституции каждому гражданину РФ гарантировано право на жизнь», — считает Делягин.

По его мнению, «если государство отказывается гарантировать каждому своему работающему или учащемуся гражданину право на жизнь в виде прожиточного минимума, оно совершает антиконституционное преступление».

Но все же каков он — реальный уровень бедности (прожиточный минимум) в России? Не ответив на этот вопрос, мы не ответим и на другой: сколько же на самом деле в России бедных?

Лет десять назад Академия труда и социальных отношений рассчитывала свой, альтернативный правительственному, прожиточный минимум по методикам, несколько более приближенным к европейским стандартам. Федерация независимых профсоюзов регулярно публиковала его. Потом этот минимум вышестоящие товарищи попросили называть социальным, потом — социальным стандартом, а сейчас, кажется, и вовсе прекратили его рассчитывать.

Так вот тогда, десять лет назад, этот «профсоюзный» прожиточный минимум составлял примерно 12 тыс. рублей. Официальная инфляция в эти годы редко была ниже 10%, а как правило — выше. И если мы возьмем хотя бы 10-процентную инфляцию в качестве средней за прошедшие десять лет, то получим 100-процентную прибавку.

Таким образом, реальный прожиточный минимум в России сейчас должен составлять не менее 20 тыс. рублей. Но даже если мы еще больше снизим планку — до 15 тыс. рублей, то и тогда, по официальным данным Росстата, число тех, кто живет за чертой бедности, составит 52,4% населения. Вот сколько в России бедных на самом деле! По самым скромным, но честным подсчетам.

Бедность в России: ощущения и реальность

Россияне ощущают себя сегодня даже более бедными, чем в 1990 году, — таковы результаты опроса ВЦИОМ. Причем население, очевидно, точнее определяет масштаб бедности, чем члены правительства.

18:03, 15.07.2015 // Росбалт, Блогосфера

Россияне ощущают себя сегодня даже более бедной нацией, чем в советском 1990 году. Такой вывод напрашивается из результатов опроса, проведенного недавно ВЦИОМ.

Если в 1990-м на вопрос «Как вы думаете, в нашей стране бедных людей много или мало?» «много» сказали 69% респондентов, то в 2015-м такой ответ выбрали уже 82%. Причем надо заметить, что четверть века назад возможность сравнить свою жизнь с условиями проживания в других странах могли лишь немногие граждане. Сегодня число тех, кто может позволить себе зарубежные поездки, также невелико. Еще до нынешнего экономического кризиса статистика утверждала, что только 8% российских граждан регулярно выезжают за границу. И все же это значительно больше, чем в советские годы. Тогда абсолютное большинство граждан черпали свои знания о заграничной жизни, в основном, из передач советского ТВ и от редких знакомых, которые бывали «там».

Соответственно их представления о бедности и достатке было не на чем проверить. Слухи о заграничной жизни будоражили воображение советских граждан, но чаще всего они были далеки от реальности.

Приведу два примера из истории своей семьи того времени, которые, по-моему, очень наглядно характеризуют представления советских граждан о загранице. Просто именно эти представления они и сравнивали со своей жизнью.

Знакомая мамы, научный сотрудник, долгое время переписывалась со своей французской коллегой. Однажды в письме поделилась радостью — семья получила отдельную трехкомнатную квартиру. На что француженка тут же отреагировала письмом, в котором сообщала, что ее друг подарил ей. виллу. «Вот», — многозначительно сказала знакомая маме. Это «вот» подразумевало: мы-то, глупые, радуемся нашим жалким квартирам, а они там на виллах живут.

Еще одна знакомая нашей семьи рассказывала другую, не менее впечатляющую историю. Кто-то из ее родственников эмигрировал в Израиль. «Не успели они приехать, как им сразу квартиру дали и рояль в придачу». Почему-то именно рояль вызвал подозрение у моей мамы. «Что, каждому по роялю, что ли?» — выразила она свои сомнения.

Однако, как правило, такие сомнения советским гражданам в голову приходили редко. Несложные умозаключения о том, что даже если отдельные истории о райских кущах за рубежом и не были выдумкой в стиле «забить баки» этим русским, то из них отнюдь не следовало, что на каждую француженку, немку или англичанку приходился благодетель с виллой наперевес, а каждого израильского репатрианта на исторической родине ждал рояль под кустом, — образованным советским гражданам тогда в голову не приходили. А если и приходили, то они гнали их прочь. Что, в общем, понятно. В сказки верить легче. Тем более, когда проверить их все равно невозможно. А сравнивать свою жизнь с реальной жизнью других народов тогда еще возможности не было — не пущали.

Соответственно ощущения бедности или, наоборот, достатка у «гомо-советикус» были очень субъективными и зачастую оторванными от реальной жизни.

Я это к тому, что 69% тех, кто в 1990 году считал, что в нашей стране на тот момент было много бедных, имели книжно-журнальное представление как о бедности, так и о достатке. Не в пример тем 82% россиян, которые заявляют об этом сегодня. Просто потому что последние знают и о том, и о другом гораздо лучше, поскольку имеют возможность сравнивать. Сегодня россияне черпают информацию о загранице и по собственному опыту жизни там, и по информации от своих близких, получая ее зачастую в режиме онлайн. А значит, их нынешние ощущения на этот счет более адекватны, чем двадцать пять лет назад.

Но это анализ не самой бедности, а лишь субъективных ощущений граждан об этом явлении. Что, впрочем, тоже важно. Тем более что официальные исследования на этот счет также неутешительны и подтверждают, что «предчувствия их не обманули».

Напомню, что на днях вице-премьер российского правительства по социальным вопросам Ольга Голодец заявила: в настоящий момент в России 22 млн ее граждан являются бедными и, по ее словам, это «критично». Однако если мы внимательнее изучим даже цифры официальной статистики, то станет понятно, что на самом деле все гораздо хуже.

Во-первых, отметим, что вообще непонятно, с какого потолка взялась цифра в 22 миллиона. Во-вторых, неясно, какими критериями руководствуются в правительстве при ее вычислении.

22 миллиона из 143 миллионов жителей России — это чуть больше 15% населения. Из этого, вероятно, надо сделать вывод, что абсолютное меньшинство россиян бедствует и их немного жаль, но остальные 85% — благоденствуют, и это внушает оптимизм.

Голодец, отметим, благоразумно не стала уточнять, каков уровень доходов, с которого людей в России правительство начинает относить к бедным. Если в качестве критерия мы возьмем за основу официальный прожиточный минимум (за 1 квартал 2015 года он составил около 10 тыс. руб. на одного человека), то тогда бедных в РФ, согласно данным Росстата, сегодня не 15%, а 33,4%. Или 47,6 миллиона человек.

То есть 47,6 миллиона в России — это те, кто живут на 10 тыс. руб. в месяц на одного человека и ниже. Я уже даже не говорю о такой вопиющей проблеме, которая в России не решается все 25 лет ее независимого существования: величина минимально гарантированной зарплаты всегда существенно ниже, чем официальный прожиточный минимум. Причем если в 2014 году минимальная зарплата в Российской Федерации официально (!) составляла лишь 67,1% от прожиточного минимума, то в первой половине 2015 года, по факту, минимум зарплаты (5965 руб.) уже почти вдвое ниже прожиточного минимума (9662 руб.).

Если же за точку отсчета взять не «жалкие» 10 тыс. руб., а, например, хотя бы 25 тыс. руб. (что, конечно, тоже не уровень среднего класса), то к 33,4% бедняков надо будет прибавить еще 43,7% тех, кто живет на сумму от 10 тыс. до 25 тыс. руб. В сумме более 77% населения России!

С помощью таких несложных арифметических подсчетов выясняется, что представления граждан России об уровне бедности гораздо ближе к действительности, чем у правительства, а положение в стране гораздо критичнее, чем в кабинете пытаются представить.

www.rosbalt.ru

ОП РФ спросит граждан о бедности и социальном неравенстве

Стартовал мониторинг социально-экономического самочувствия населения

Общественная палата РФ запустила интернет опрос среди граждан о бедности и социальном неравенстве. Пройти опрос можно на сайте ОП РФ.

Помимо общей информации об уровне доходов, граждан попросят ответить на вопросы, в чем они видят причины бедности и где можно взять средства для решения этой проблемы. Кроме этого, экспертов интересует, возможно ли, по мнению россиян, самостоятельно улучшить свое финансовое положение, не используя государственные программы помощи, и справедливо или нет распределяются доходы, блага между людьми в стране.

По словам инициатора исследования, председателя Комиссии ОП РФ по социальной политике, трудовым отношениям, взаимодействию с профсоюзами и поддержке ветеранов Наталии Починок, главная задача мониторинга — это дальнейшая системная защита интересов наиболее уязвимых слоев населения.

«Сегодня проблема бедности в России стоит довольно остро. Важно не просто добиваться стабильного экономического роста в стране, который является важнейшим условием сокращения бедности, но и правильно „диагностировать“ причины, механизмы этого явления. Это поможет выработать адекватную систему „методов лечения“. Поэтому Комиссия совместно с Российским государственным социальным университетом проводит мониторинг социально-экономического самочувствия населения», — пояснила Починок.

Она добавила, что сегодня, по ее данным, 65% россиян получают материальную поддержку от государства. При этом государственные расходы на социальную поддержку составляют 3,2% ВВП.

«Мы должны стремиться к предотвращению или смягчению последствий основных социальных рисков, которые снижают уровень доходов граждан. Для этого на региональном уровне можно провести инвентаризацию и последующую оптимизацию систем мер социальной поддержки. Еще одной возможной мерой сокращения бедности является переориентация существующей категориальной системы соцподдержки в сторону адресности, а также введение универсального пособия для малоимущих», — сказала член ОП РФ.

Результаты и выводы исследования войдут в ежегодный Доклад Общественной палаты Российской Федерации «О состоянии гражданского общества в Российской Федерации» за 2017 год, а также будут предложены в план действий Правительства Российской Федерации на период до 2035 года.

Пресс-служба Общественной палаты РФ по материалам ТАСС

www.oprf.ru

Бедные в России: жизнь на грани выживания

Как в России выживают люди за чертой бедности

С каждым годом в России становится все больше бедных людей. Бедных в буквальном смысле: тех, чей доход составляет менее 9 828 рублей в месяц. Некоторые из них порой не могут купить себе самое необходимое: еду и лекарства. «Газета.Ru» попыталась выяснить, как выживают люди, оказавшиеся близко к финансовому дну.

Число бедных людей в России продолжает медленно, но неуклонно расти. Об этом свидетельствуют данные Росстата, опубликованные в конце декабря прошлого года. Согласно этим сведениям, к концу 2016 года 19,6 млн жителей РФ, или 13,4% от населения, имеют ежемесячный доход ниже прожиточного минимума, который, по данным ведомства, составляет 9 828 рублей. Годом ранее подобный доход имели 19,5 млн российских граждан, а в 2014 году за чертой бедности находились 15,4 млн жителей РФ.

Самыми бедными регионами на конец 2016 года были Еврейская автономная область (более 25% жителей находятся за чертой бедности), Псковская область (19%), Томская область (17,2%), и Чечня (17%). Во всех четырех регионах доля бедных стабильно увеличивается с 2014 года.

Данные о финансово неблагополучном населении за 2017 год тоже не внушают оптимизма. По словам главы Счетной палаты Татьяны Голиковой, что за первый квартал 2017 года количество граждан, которые находятся за чертой бедности, составляет 15% от населения страны, то есть 22 млн человек. Это больше, чем годовые показатели 2016 года, сказала Голикова в ходе заседания Совета Федерации.

«Газета.Ru» побеседовала с несколькими людьми, которым не всегда хватает денег даже на самое необходимое, и которые нередко вынуждены существовать в долг. По просьбе героев этой статьи имена большинства из них изменены.

Вероника Ковалева, 30 лет, город Хотьково (Московская область):

У меня неполное среднее образование, я окончила лишь девять классов общеобразовательной школы. Сейчас я работаю упаковщицей на одном из текстильных предприятий Московской области, но нахожусь в декретном отпуске. Как получилось, что мы с семьей стали малоимущими? Ну в особом достатке я не жила никогда. Так сложилось, что в 19 лет я забеременела, причем, казалось бы, от любимого человека. Но в итоге старшего сына я растила одна до тех пор, пока ему не исполнилось два с половиной годика. Было тяжело, так как приходилось снимать жилье. С родней отношения как-то сразу не сложились, так как они начали давать кучу советов: «не надо рожать», «откажись» и так далее.

Потом я повстречала Юрия, нынешнего мужа. Вроде все было хорошо. Он — художник, имел постоянную работу и очень любил меня и сына. У нас родилось еще два сына с разницей в три года. После этого Юра начал уходить в себя, периодически вспоминать годы службы в Чечне (по призыву) и Таджикистане (по контракту), в обоих случаях он получил ранения и контузию. Супруг начал пропадать из дома на месяц-два, катался по стране автостопом. Тем временем у нас родилась дочка, и через год муж пропал на шесть месяцев. Его даже искали волонтеры спасательного отряда «Лиза Алерт» и полиция.

С трудом его нашли, и через шесть месяцев он опять пропал, и вот его уже почти год как нет с нами. А в это время я обивала пороги соцзащиты, местной администрации и прочих инстанций в мольбах о материальной помощи. Но кроме детских пособий и пособий с работы по уходу, мне по закону ничего не положено.

Как мне пояснили, у нас нет такой буквы закона, к которой могли бы отнести конкретно мой случай. «Ждите, когда пройдет полтора года с момента пропажи супруга, признаете его по суду безвестно отсутствующим, вот тогда и решим», — так мне везде и отвечают.

Живу я с детьми в двухкомнатной квартире своего мужа. Я с двумя дочками в зале, а трое мальчишек во второй комнате. Несколько раз были ситуации, когда не на что было купить еду, а на полке стоял один пакет с манной крупой. Те дни я никогда не забуду.

Экономлю в первую очередь на своем гардеробе, вещи детям покупаю в эконом-магазинах. Сладостями баловать часто не приходится. Едим самую обычную пищу: крупы, овощи, курица, молоко. Иногда покупаю детям фрукты. Очень много уходит средств на лекарства, так как часто болеют ОРВИ.

Продукты покупаю в дешевых сетевых магазинах. На транспорте езжу редко, в основном, на маршрутке или электричке. Автобусы ездят у нас редко, пользоваться ими дороже. В другой город уехать никогда не думала, этот город для меня родной, я здесь родилась и выросла. В чужом месте мы никому не нужны.

В целом ситуация в Хотьково непростая. В городе три крупных предприятия: государственные ЦНИИСМ (Центральный научно-исследовательский институт специального машиностроения), Электроизолит и частный «Новлайн». В первый попасть очень сложно, туда берут только через знакомых. Во втором делать нечего, задержка зарплаты, да и вообще оно разваливается, раскупается частниками на мелкие предприятия. В третий берут в основном молодых и из стран СНГ, большая текучка кадров, а значит — там «кидают» людей на деньги.

Сейчас у нас много открыли всяких супермаркетов, но и там постоянная текучка. Люди рвутся в Москву на заработки, так как в нашем городе получать 25 тысяч в месяц — это потолок. Еще очень много алкашей появилось в последнее время. Хотя сам по себе город очень уютный, вся инфраструктура есть в шаговой доступности, новый детский сад, новая школа, большой спорткомплекс (который, увы, стал платным), два парка и кинотеатр.

Наступивший год для меня решающий, у меня очень много начатых и незаконченных дел. В частности, необходимо сделать сыну операцию, погасить долги за квартиру, отдать дочек в детский садик и выйти из декрета на работу. Тяжело, но я справлюсь.

Самым неприятным испытанием для меня остаются визиты службы детской опеки, которые смотрят, как и на что я содержу детей, и создают угрозу того, что у меня их заберут. Но я сделаю все, чтобы этого не допустить.

Сергей Козырев, 31 год, поселок Воргашор (Республика Коми):

Я окончил только школу, в армии, так получилось, не служил. Я — круглый сирота. Ввиду некомпетентной работы органов опеки было нарушено множество моих интересов со стороны опекуна. До 1996 года мы проживали с опекуном в Гатчине под Петербургом. Квартира двухкомнатная была оформлена в равных долях с моим опекуном — Любовью Дмитриевной. Там, кроме нас, был зарегистрирован еще муж этой женщины Михаил, который умер в 1996 году.

После его смерти квартиру у нас отобрали некие граждане нерусского происхождения и выдворили в поселок Мыза-Ивановка, тоже в Ленинградской области. А оттуда опекун перевезла меня в Новгородскую область, в деревню Сябреницы. Все было ничего, но в 2006 году Любовь Дмитриевна умерла. Дом у меня с ней был в равных долях. Завещания она составлять не стала, и так как я не имел с опекуном кровного родства, мне принадлежит только часть.

Потом у меня хотели отобрать и дом, и участок, за этим стояли какие-то цыгане, проживающие в этой деревне. Я вынужден был уехать, и с 2008 года странствую. Обращался в прокуратуру и МВД, но все без толку. Сейчас и дома уже нет, он либо развалился, либо его снесли. Мне до сих пор страшно туда возвращаться — настолько сильную психологическую травму мне нанесли тогда, так как меня угрожали сжечь живьем и запугивали иными способами.

В жизни мне довелось работать в Москве, в Саввино-Сторожевском монастыре, разнорабочим по договору найма. Сейчас я живу в Воргашоре у людей, которые временно приютили меня, войдя в мое положение. Помимо меня, в этой квартире живет еще один человек. Основное место работы большинства жителей поселка — это угледобывающие шахты.

Средняя зарплата в Воргашоре — 12,8 тыс. рублей, но многие жалуются, что ее не хватает ни на что. В прошлом году в Воркуте прошел митинг жителей поселка, которые требовали повысить им зарплату. Чтобы вы понимали, пакет молока, например, в нашем населенном пункте стоит не меньше 70 рублей, а самый дешевый хлеб — 48 рублей за батон.

Почти на все основные товары цены у нас в два-три раза выше, чем в центральных регионах России. Народ пьет много, даже очень. Среди молодежи много наркоманов, а недавно прошла волна убийств. Например, ребенка сшибли машиной. Два человека подверглись нападению. В одного стреляли, второму нанесли ножевые ранения. Один скончался, другой в больнице. На девушку напали неподалеку от магазина.

Что касается меня, то мне приходится экономить буквально на всем. Случается — отказываю себе в медикаментах, хотя у меня проблемы с ногами и гастрит. Часто беру в долг, иногда не могу потом отдать. Еду покупаю всегда самую дешевую, а одежду не покупаю себе вовсе. С ней мне помогают изредка люди. Что такое транспорт, я давно забыл, везде хожу пешком. Тем не менее, я не собираюсь унывать, и первая моя цель сейчас — обзавестись хоть каким-то своим жильем.

Алексей Кулик, 18 лет, город Нолинск (Кировская область):

Сейчас я учусь на строителя на третьем курсе профильного колледжа, в армии еще не служил по отсрочке. Мне сложно ответить на то, как я стал малообеспеченным. Старался, но не смог найти место работы с моими навыками. Да и без профессии у нас в принципе мало куда принимают. В настоящее время я живу в небольшом неблагоустроенном доме с мамой и тремя братьями. Вода и туалет у нас на улице.

Иногда бывают ситуации, когда даже не на что купить еду. Например сейчас. Мы экономим на лекарствах, выискивая не особо качественные дешевые аналоги. При этом болеем часто.

Кроме этого, экономить приходится на всем, что можно. Городок у нас небольшой, до почти всех необходимых мест можно дойти пешком, так что мы с братьями и мамой редко куда-либо ездим на транспорте.

Места, куда можно у нас устроиться работать в принципе, это хлебопекарня, пряничное предприятие, предприятие «Вятский сувенир», которое выпускает матрешки, лесопилка, ферма, ну и те же магазины. Средняя зарплата у нас, на мой взгляд, колеблется на уровне 10-20 тыс. рублей. Батон хлеба самый дешевый — 28 рублей. Пьянство очень распространено. Цена самой дешевой бутылки водки в Нолинске — 200 рублей, но народ покупает какой-то жуткий спирт из-под полы. На улице города нередко можно увидеть попрошаек и алкашей.

Что касается моих дальнейших планов на жизнь, то рассчитываю закончить обучение по выбранной специальности и собираюсь покинуть «мамино гнездышко», предварительно заработав денег на веб-дизайнерстве. На эти деньги я уеду подальше из этого города на заработки. Там буду высылать денег маме, братьям и так далее. Сейчас, чтобы развиваться как-то, я учусь работать в фотошопе, писать музыку на компьютере, ну и читаю книги, причем много. Также изучаю немецкий язык, который преподают у нас в колледже. Мне он дается трудно, но учить его мне интересно.

Алена Яковлева, 19 лет, станица Каневская (Краснодарский край):

Сейчас я учусь на юриста и сижу с маленьким ребенком в однокомнатной квартире с мамой. Она работает на двух работах, чтобы платить за квартиру. Увы,

нам нечем платить за отопление и воду, поэтому хозяйка квартиры, которую мы снимаем, угрожает нас выгнать на улицу. И это несмотря на то, что мы нашли самое дешевое жилье в станице.

Я же пока не могу устроиться на работу, так как у ребенка слабый иммунитет и в детский сад пока что врачи не рекомендуют его отдавать. Ситуации бывают иногда даже такие, когда нечего есть. Тогда я прошу взаймы у знакомых, чтобы хотя бы ребенку купить продукты. Одежду уже два года я для себя точно не покупаю, а ребенку вещи отдают знакомые. В целом в долгах я нахожусь порядка двух-трех лет. Бывает, люди дают 100-500 рублей, для меня это уже серьезная помощь. Ну и еще отец моего сына платит алименты.

Сейчас моя мама работает поваром с 09.00 до 00.00, ее зарплата составляет 10 тыс. рублей. Батон хлеба у нас стоит 18 рублей, пакет молока — от 45. Хотя Каневскую не назовешь депрессивным населенным пунктом: здесь есть два крупных сельхозпредприятия, комбинат хлебопродуктов, мясокомбинат, сахарный завод и завод газовой аппаратуры.

Много людей неплохо зарабатывают, народ живет у нас малопьющий. Однако на эти предприятия почти никого не берут без высшего образования. Можно всегда устроиться продавцом в магазин, например, хотя зарплаты там маленькие. Я надеюсь, что через год смогу все же отдать ребенка в сад и выйти на работу, а параллельно смогу закончить образование. Еще очень надеюсь, что нас не выгонят из квартиры.

www.gazeta.ru

За чертой прожиточного минимума. Почему в России растет уровень бедности

В России продолжает расти количество граждан с доходами ниже прожиточного минимума. По данным Росстата, в прошлом году уровень бедности увеличился на 1,5%, до 19,8 млн человек.

Число бедных в России в прошлом году выросло на 1,5%, до 19,8 млн человек, свидетельствуют данные Росстата. По подсчетам экспертов за два с лишним года население обеднело почти на 13%, а расслоение между богатыми и бедными стал еще более заметным. 13,5% — такова доля бедных граждан от общей численности населения.

Оценки бедности

Тенденция по увеличению числа бедняков в России зародилась в 2014 году, когда после рекордного роста цены на нефть стремительно поползли вниз. В 2015 году, когда стоимость барреля опускалась до многолетних минимумов, уровень бедности достиг максимума за последнее десятилетие — 19,1 млн человек (13,3% населения). Вопреки подорожанию углеводородов и адаптации национальной экономики к санкциям Запада, бедность в нашей стране продолжает расти. В отдельные месяцы ее уровень превышал отметку в 20 млн человек: в сентябре прошлого года за чертой бедности проживали 20,3 млн граждан, свидетельствуют данные Росстата.

По подсчетам Высшей школы экономики (ВШЭ), негативная динамика сохраняется уже на протяжении 26 месяцев подряд. За это время наше население обеднело почти на 13%.

При этом, по словам вице-премьера Ольги Голодец, сведения статистического ведомства не отражают действительного положения вещей. «Если по статистической оценке рост бедности и составляет 1,5%, что уже очень плохо для нас, то самоощущение людей, оно гораздо хуже», — говорила вице-премьер.

Как выяснили эксперты РАНХиГС, 21% российских семей называют себя бедными. Одним средств хватает только на еду, другие признаются, что и на продукты денег не хватает. По данным ВШЭ, в прошлом году 41% россиян испытывали проблем с покупкой новой одежды и продуктов питания, а на еду финансов не хватало 11% населения.

Недавно Ольга Голодец обращала внимание на «уникальное социальное явление», сформировавшееся в России. «Та бедность, которая в стране есть и фиксируется — это бедность работающего населения. Это уникальное явление в социальной сфере — работающие бедные. В России нет такой квалификации, которая достойна заработной платы в 7,5 тысяч рублей (размер МРОТ — ред.) Даже если человек закончил среднюю школу, то по выходу его труд должен оцениваться несколько на другом уровне. В прошлом году мы закончили год со средней заработной платой 36 тысяч 703 рубля, это средняя цифра по экономике. Но я обращаю внимание, что на уровне МРОТ работают 4,9 млн человек. О какой производительности труда можно говорить, если за месяц работы человек получает такие деньги», — недоумевает вице-премьер (цитата по ТАСС).

Работодателю важнее сократить издержки

В последние годы расслоение между бедными и богатыми россиянами стало еще более заметным. В прошлом году количество долларовых миллиардеров в России увеличилось почти до 100 человек, а долларовых миллионеров насчитывается 132 тысячи человек. За чертой бедности, напомним, проживает почти 20 млн граждан.

«Причина этому достаточно простая. Текущий экономический кризис больнее всего ударил именно по обычному населению. Он практически „смыл“ прослойку, которую пару лет назад называли средним классом, и сделал нищими тех, кого называли бедняками. При этом обеспеченные граждане, привыкшие хранить деньги в валюте, и имеющие возможности для инвестиций, за последние пару лет почти не пострадали, а даже нарастили богатство», — поясняет руководитель департамента аналитики компании АНАЛИТИКА Онлайн Глеб Задоя.

По словам эксперта «Международного финансового центра» Романа Блинова, корень проблемы кроется в негативных условиях на рынке труда — у работодателей нет возможности повышать зарплату сотрудникам, поскольку в приоритете для них сейчас сокращение издержек. «Привлекать кредиты под 10% и выше для бизнеса просто неэффективно, именно поэтому политика урезания затрат сейчас является основным способом выживания. К сожалению, на данный момент мы не видим признаков разворота текущей тенденции», — подчеркивает он.

«Причиной бедности являются низкий уровень реальной занятости населения, низкий уровень производительности труда, низкий уровень мобильности населения, и, как следствие, низкий уровень доходов на душу населения, — перечисляет Задоя. — Также усугубляет положение вещей высокая доля пенсионеров (40 млн человек), многие из которых, фактически балансируют на грани нищеты и бедности, а по факту живут в самой настоящей нищете».

Вместе с тем в развитых странах уровень бедности не многим ниже российского показателя, разница только в иных критериях оценки. «Бедные люди в России и в США, или Германии, это совершенно разные люди. Например, в США уровень бедности рассчитывается исходя из прожиточного минимума, умноженного на коэффициент 2,5. Почти все бедняки в США имеют в собственности недвижимость, могут позволить себе иметь автомобиль и т.д. Если попробовать применить такие же стандарты бедности в России, то за ее чертой могут оказаться по меньшей мере половина населения», — констатирует эксперт.

www.aif.ru