Иск о демонтаже видеокамеры

Дело № не определено

Поступило в суд xx.xx.xxxx года

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

xx.xx.xxxx года г. Новосибирск

Федеральный районный суд общей юрисдикции Зельцовского района г. Новосибирска в составе:

Председательствующего судьи Черных С.В.

С участием представителей сторон Ковалевой О.В., Новиковой С.В.

При секретаре Житихиной Ю.И.

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Корчагина Романа Владимировича, Корчагиной Екатерины Анатольевны к Калугиной Татьяне Дмитриевне, Калугиной Ольге Александровне о возложении обязанности совершить определенные действия, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов, расходов на представителя,

Истцы обратились в суд с вышеуказанным иском, в обоснование своих требований указав, что им на праве совместной собственности принадлежит 1/2 доля в праве общей долевой собственности на жилой дом по адресу: г. Новосибирск 3-й пер. Бестужева, 6. Жилой дом по указанному адресу расположен на земельном участке с кадастровым номером: __ площадью 614 кв.м., который распоряжением мэрии г. Новосибирска от xx.xx.xxxxг. __ предоставлен Корчагину Р.В. и Зверевой М.Г. в общую долевую собственность в равных долях для эксплуатации индивидуального жилого дома. Соседний земельный участок и расположенный на нем индивидуальный жилой дом по адресу: г. Новосибирск, 3-й пер. Бестужева, 4 принадлежат на праве собственности Калугиной Т.Д. и Калугиной О.А., которые с сентября xx.xx.xxxxг. проживают в нем совместно с Калугиным А.А.

xx.xx.xxxxг. ответчиками была установлена камера наружного наблюдения на своем земельном участке, при этом камера смонтирована на высоте около 3 метров, объектив камеры направлен в сторону двора жилого дома истцов. Такое расположение видеокамеры позволяет ответчикам постоянно наблюдать за тем, что происходит на принадлежащем истцам на праве собственности земельном участке. Ответчики имеют возможность, используя данную видеокамеру, собирать информацию о личной жизни истцов, что является грубейшим вторжением в личную жизнь и жизнь несовершеннолетнего ребенка истцов девочки-подростка.

Истцы ссылаются на нарушение ответчиками ч. 1 ст. 23, ч. 1 ст. 24 Конституции РФ, ст. 17 Международного пакта от xx.xx.xxxx года «О гражданских и политических правах», п. 2 ст. 150 ГК РФ, указывают, что размещение ответчиками видеокамеры таким образом, что в радиус видеонаблюдения входит принадлежащая истцам территория, включая жилой дом, вход в жилой дом полностью территория ограды, существенным образом нарушает право истцов на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну. Территория жилого дома истцов огорожена со всех сторон забором, который исключает возможность визуального наблюдения посторонних лиц за тем, что происходит на территории домовладения. Однако ответчики без согласия истцов имеют возможность осуществлять наблюдение за их частной жизнью, чем грубо в нее вторгаются. Незаконным вторжением в частную жизнь ответчики причинили истцам моральный вред, который выражается в том, что истцы вынуждены испытывать смущение из-за постоянного наблюдения за ними соседей, лишены возможности чувствовать себя свободно на принадлежащей им территории, постоянно испытывают чувство глубокого унижения из-за того, что не могут прекратить вмешательство в частную жизнь быстро и законными способами.

В результате наблюдения Калугиным стали известны такие подробности жизни истцов как приезд и отъезд из дома, образ жизни членов семьи, распорядок дня, какие совершаются покупки, вся информация, которую считается персональной, и которую истцы не хотели бы афишировать.

Оставляя дочь одну дома, истцы испытывают чувство сильного беспокойства за ее безопасность, меняют распорядок дня, чтобы ребенок не оставался один, истица была вынуждена отказаться от работы. Пришлось изменить образ жизни — отказаться от таких дел, которые обычно в летний период совершались рядом с домом — говорить по телефону, работать за компьютером, загорать, завтракать на траве, отдыхать и пр. Истица с дочерью вынуждены отказаться от обычных купальников, домашней одежды, т.к. безусловный интерес со стороны Калугиных вызывают их «неодетые» фигуры. И позы, в которых, так или иначе, оказываешься, когда заняты делом. И надо менять свое поведение, чтобы не оказаться к камере спиной или случайно не наклонится «неправильно». Истцы не могут объяснить дочери, почему над ними можно глумиться таким образом, почему достоинство личности в нашей стране не защищается быстро и эффективно законными способами. А это крайне негативно сказывается на их родительском авторитете и никак не способствует воспитанию законопослушности у подростка, т.к. она на живом примере видит, что можно нарушать закон и не нести за это ответственность. Стресс, который испытывается истцами, инициируется Калугиными сознательно, и видно, что они получают от этого большое удовольствие. Данное обстоятельство усиливает чувство не справедливости и беззащитности, давит на психику. Из-за постоянных нападок Калугиных на семью истцов у них ухудшились семейные отношения, возникла напряженность. Такая ситуация не способствует воспитанию ребенка-подростка.

Истцами в адрес ответчиков было направлено требование произвести демонтаж видеокамеры, однако претензия вернулась без ответа. Истцы обращались в правоохранительные органы с заявлением о возбуждении уголовного дела по факту незаконного вмешательства в их частную жизнь, однако в возбуждении уголовного дела было отказано за отсутствием признаков состава преступления.

На основании изложенного и в соответствии со ст.ст. 12, 150, 151 ГК РФ истцы просят суд обязать ответчиков демонтировать камеру видеонаблюдения, установленную на деревянном шесте около теплицы, расположенной на земельном . пер. Бестужева, 4, в двух метрах от границы земельного участка по . пер. Бестужева, 6, взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда в равных долях в пользу Карчагиной Е.А. – 50000 руб., Корчагина Р.В. – 50000 руб.

В последующем истцами в соответствии со ст.ст. 90, 100 ГПК РФ было подано ходатайство (л.д. 101) о взыскании с ответчиков в пользу Корчагина Р.В. судебных издержек в сумме 21975 руб., а именно, стоимость услуг представителя в размере 16000 руб., консультация эксперта в размере 500 руб., участие специалиста в судебном заседании – 4000 руб., стоимость услуг переводчика в сумме 1075 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 400 руб.

В судебном заседании истцы Корчагин Р.В., Корчагина Е.А., представитель истцов Ковалева О.В., действующая на основании ордера (л.д. 29) заявленные требования поддержали, доводы искового заявления подтвердили. Дополнительно суду пояснили, что между сторонами на протяжении 5 лет имеют место конфликтные отношения. В мае xx.xx.xxxx года ответчики установили видеокамеру, которая смонтирована таким образом, что последние имеют реальную возможность вести наблюдение за территорией истцов, и что последние делают. Видеокамера до настоящего периода времени не демонтирована, находится в рабочем состоянии. Из пояснений специалиста, допрошенного в судебном заседании, следует, что, учитывая технические характеристики технического средства и место ее расположения, в объектив видеокамеры входит территория, принадлежащая истцам на праве собственности, соответственно с помощью данного технического средства ответчики имеют возможность фиксировать и собирать информацию о личной и семейной жизни истцов. При повторном допросе специалиста, последний указал на техническую возможность изменения направления обзора видеокамеры, что не исключает возможность просмотра территории истцов, что также свидетельствует о нарушении прав истцов, в связи с чем, представленная ответчиками справка специалиста не может являться основанием для отказа в удовлетворении требований.

Ответчик Калугина О.А., представитель ответчика Калугиной Т.Д. – Новикова С.В., действующая на основании доверенности (л.д. 53), в судебном заседании требования истцов не признали в полном объеме, поддержали письменные возражения на исковое заявление (л.д. 47-48), пояснив, что ответчиками произведена установка видеокамеры на земельном участке, принадлежащим им на праве общей долевой собственности. Видеокамера позволяет им видеть изображение находящихся на их земельном участке хозяйственных построек, птицу, разведением которой занимаются ответчики. Установленная видеокамера не позволяет видеть, что происходит на соседних земельных участках, сектор обзора видеокамеры попадает только на хозяйственную постройку, расположенную на земельном участке ответчиков. Ответчики не имели и не имеют намерений вмешательства в частную жизнь истцов. Установка на своем земельном участке видеокамеры произведена в целях личной безопасности и сохранности принадлежащего ответчикам имущества, что не является нарушением гарантированных Конституцией РФ прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну. Истцами не доказано вмешательство ответчиков в частную жизнь истцов. Из представленных истцами материалов невозможно сделать вывод о том, что цель установки видеокамеры — это сбор и хранение информации о частной жизни истцов. Материалы дела также не содержат доказательств, подтверждающих, что ответчики, действительно осуществляли (или осуществляют до настоящего времени) сбор, хранение, использование и (или) распространение информации о частной жизни истцов без их согласия, и (или) иным образом нарушали (нарушают) неприкосновенность частной жизни, личной и семейной тайны истцов.

Представителем Калугиной Т.Д. – Новиковой С.В., действующей на основании доверенности в судебном заседании поддержано заявление Калугиной Т.Д. (л.д. 106, л.д. 107) о взыскании с истцов расходов на представителя и судебных расходов, при отказе в удовлетворении заявленных истцами требований.

Ответчик Калугина Т.Д. в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, согласно письменному заявлению просила дело рассмотреть в ее отсутствие, с участием представителя (л.д. 54).

Третье лицо Калугин А.А. в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, согласно письменному заявлению просил дело рассмотреть в его отсутствие (л.д. 55).

Суд, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, допросив в судебном заседании свидетелей, заслушав пояснения специалиста Граховского С.Н., приходит к выводу, что исковые требования Корчагина Р.В., Корчагиной Е.А. подлежат частичному удовлетворению, исходя из следующего.

Из письменных материалов дела, объяснений сторон в судебном заседании установлено, что истцы Корчагины состоят в зарегистрированном браке, от брака имеют несовершеннолетнего ребенка (л.д. 15), проживают в индивидуальном жилом доме __ по . переулок Бустужева в г. Новосибирске. При этом Корчагин Р.В. является собственником 1/2 доли в праве общей долевой собственности на индивидуальный жилой дом __ по 3-му пер. Бестужева в г. Новосибирске (л.д. 7), а также собственником 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок по указанному адресу, предоставленный распоряжением мэрии г. Новосибирска от xx.xx.xxxx года __ для эксплуатации индивидуального жилого дома по указанному адресу (л.д. 11, л.д. 19).

Калугина Т.Д., Калугина О.А. являются собственниками жилого дома __ по 3-му переулку Бестужева в г. Новосибирске по 1/2 доли в праве общей долевой собственности каждый (л.д. 49, л.д. 52), и земельного участка, на котором расположен вышеуказанный объект недвижимости. По указанному адресу фактически проживают Калугина О.А., Калугин А.А., являющиеся родителя Калугиной Т.Д.

Из объяснений сторон, письменных материалов дела в судебном заседании установлено, что земельные участки, на которых расположены вышеуказанные объекты недвижимости, принадлежащие сторонам, по отношению друг к другу являются смежными земельными участками.

В судебном заседании установлено, что ответчиками в мае xx.xx.xxxx года установлена видеокамера на деревянном шесте на принадлежащем им земельном участке по адресу г. Новосибирск, 3-й пер. Бестужева, 4 на расстоянии в пределах двух метров от границы вышеуказанного земельного участка со стороны смежного земельного участка, расположенного относительно ориентира г. Новосибирск, 3-й пер. Бестужева, 6, указанные обстоятельства подтверждаются объяснениями истцов, ответчиков, показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей, показаниями специалиста, письменными материалами дела — фотографиями, представленными сторонами (л.д. 20-24, л.д. 50-51, л.д. 119-124), заявлением Корчагиной Е.А. в органы внутренних дел (л.д. 17), сообщением отдела полиции __ (л.д. 18), технической документацией на видеокамеру, представленной ответчиками (л.д. 60-67), что также не оспаривалось в судебном заседании ответчиком, представителем ответчика. На основании вышеуказанных доказательств, также в судебном заседании установлено, что установленная ответчиками видеокамера до настоящего периода времени не демонтирована, находится в рабочем состоянии, способна осуществлять видеофиксацию, которая отображается на экране телевизора, находящегося в доме, принадлежащем ответчикам на праве собственности.

В силу п.1, п.2 ст. 1 ГК РФ гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты. Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе.

В соответствии с п.1 и п. 2 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права (ст. 9 п. 1 ГК РФ). Не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах (ст. 10 п. 1 ГК РФ).

В соответствии со ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется, в том числе и путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

В соответствии со ст. 17 Конституции РФ В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.

Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В силу п. 1 ст. 23 Конституции РФ каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени. Согласно п. 1 ст. 24 Конституции РФ сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются.

Право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну состоит из целого ряда правомочий, обеспечивающих гражданину возможность находиться вне службы, вне производственной обстановки в состоянии известной независимости государства и общества, а также юридических гарантий невмешательства в реализацию этого права. Право на частную жизнь выражается в свободе общения между людьми на неформальной основе в сферах семейной жизни, родственных и дружеских связей, других личных отношений.

Нарушение права на неприкосновенность частной жизни означает незаконные действия, в результате которых сведения и тайны, ее составляющие, становятся общедоступными, а их обладателю причиняется вред различной тяжести. Конституционное право на неприкосновенность частной жизни граждан означает право человека иметь определенные сферы жизни недоступными для других субъектов и требовать от государства гарантии и охраны недоступности таких сведений.

Истцы мотивируют свой иск тем, что установленная ответчиками видеокамера позволяет последним вести видеонаблюдение за истцами и записывать их видеоизображение, собирать и хранить информацию о частной жизни их семьи, о перемещениях членов семьи, посетителях и другую личную информацию о частной жизни их семьи.

Из показаний специалиста Граховского С.Н., допрошенного в судебном заседании xx.xx.xxxx г., которому были представлены находящиеся в материалах дела фотографии, расположенные на л.д. 20-24, л.д. 50-51, содержание которых не оспаривалось в судебном заседании сторонами, а также техническая документация на видеокамеру, представленная ответчиком с переводом на русский язык (л.д. 60-67), следует, что цель использования видеокамеры это увеличение угла обзора, по сравнению с человеческим глазом, с помощью видеокамеры фиксируется информация, осуществляется наблюдение. Чем больше объектив видеокамеры, тем шире угол обзора. Угол обзора это крайние точки видимого предмета и точного фокуса, который может меняться в зависимости от фокусировки и расстояния. Согласно технической документации представленной в судебной заседании, максимальный градус видеокамеры составляет 80 или 60 градусов. Диаметр объектива камеры, изображенный на фотографиях, скорее всего, составляет 8 см. Учитывая угол обзора данной камеры, ее место расположение, высоту нахождения, направление объектива можно сделать вывод, что угол обзора видеокамеры, установленной на земельном участке ответчика позволяет просматривать территорию, принадлежащую на праве собственности истцов, фиксировать информацию, происходящую на территории истцов.

При повторном допросе специалиста Граховского С.Н., в судебном заседании xx.xx.xxxx г., которым фактически был осуществлен осмотр технического средства по заявке ответчика, последний пояснил, что диаметр линзы видеокамеры фактически составляет 6 см., один провод видеокамеры подсоединен к антенному входу телевизора, на котором фиксируется изображение с видеокамеры, второй подсоединен к электросети через понижающий трансформатор. На момент осмотра видеокамеры, учитывая фактическое ее направление, угол ее обзора не фиксировал земельный участок, принадлежащий истцам, что нашло свое отражение в справке. Принимая во внимание технические характеристики видеокамеры, просмотр участка истцов возможен только при повороте объектива камеры в сторону земельного участка истцов. При этом указал, что сам столб, на котором установлена видеокамера, поворачивать нельзя, камера крепится к столбу на «саморезы», вместе с тем имеется возможность повернуть кронштейн видеокамеры на 180 градусов относительно столба в обе стороны, и если изменить положение камеры в сторону участка истцов, то имеется возможность просмотра и фиксации части земельного участка истцов.

При сопоставлении фотографий на л.д. 24 и фотографий, которые были выполнены им при непосредственном осмотре видеокамеры, указал, что положения видеокамеры не идентичны, изменен наклон видеокамеры, на момент осмотра объектив видеокамеры направлен в большей степени на земельный участок ответчиков, соответственно угол обзора видеокамеры на момент осмотра был изменен, по сравнению с расположением видеокамеры на фотографии на л.д. 24, при котором объектив видеокамеры захватывал земельный участок истцов.

У суда не имеется оснований ставить под сомнение показания специалиста Граховского С.Н., который имеет соответствующую квалификацию, стаж (л.д. 78-82) для дачи соответствующего вида консультаций, при допросе последний был предупрежден об уголовной ответственности, также в судебном заседании не установлено и заинтересованности специалиста в исходе дела, его показания являются полными, мотивированными, не противоречивыми, подтверждаются всей совокупностью собранных по делу доказательств, не опровергнуты сторонами.

Так, из показаний свидетеля Калугиной Ю.Ю., допрошенной по ходатайству ответчика, следует, что после обращения истцов в суд с настоящим иском, Калугины развернули объектив камеры в глубь своего участка.

Показания вышеуказанного свидетеля в данной части, согласуются с показаниями специалиста Граховского С.Н., допрошенного в судебном заседании, объяснениями истцов, которые указывали на наличие данных обстоятельств в судебном заседании.

Также судом принимаются во внимание показания свидетелей Андрейчук Е.А., Подъячевой О.Е., из которых следует, что последние состоят в дружеских отношениях с семьей истцов, часто бывали у них в гостях по 3 переулку Бестужева, 6, однако с лета xx.xx.xxxx г. практически перестали бывать в гостях у Корчагиных, т.к. соседи истцов установили на своем участке видеокамеру, объектив которой непосредственно направлен на земельный участок истцов, от чего стали испытывать дискомфорт, как будто за ними кто-то наблюдает. Такое расположение видеокамеры не положительным образом и сказалось на взаимоотношениях истцов в семье.

При этом у суда не имеется оснований не доверять показаниям вышеуказанных свидетелей, т.к. их показания, последовательны, не противоречивы, согласуются между собой и с объяснениями истцов.

Анализ вышеуказанных доказательств, позволяет суду прийти к выводу, что действиями ответчиков по установлению видеокамеры на деревянном шесте на земельном участке по адресу г. Новосибирск 3-й переулок Бестужева, 4 на расстоянии в пределах двух метров от границы вышеуказанного земельного участка со стороны смежного земельного участка, расположенного относительно ориентира г. Новосибирск, 3-й переулок Бестужева, 6, создают угрозу нарушения прав истцов на не неприкосновенность частной жизни, учитывая, что такой монтаж видеокамеры на земельном участке ответчиков, не исключает возможность фиксации, сбора, хранения информации о частной жизни истцов.

А при таких обстоятельствах на основании вышеуказанных норм закона, суд приходит к выводу, что требования истцов в части возложения на ответчиков обязанности демонтировать видеокамеру, подлежат удовлетворению, что с учетом установленного в судебном заседании не может свидетельствовать о нарушении прав ответчиков, предусмотренных ст. 209 ГК РФ.

Представленная ответчиками справка Регионального экспертного бюро, с приложением фототаблицы (л.д. 108-109), с учетом объяснений специалиста Граховского С.Н., данными последним при его допросе в судебных заседаниях, не опровергает установленные в судебном заседании обстоятельства.

Показания свидетелей Шашковой В.А., Калугиной Ю.Ю. в той части, что ответчиками видеокамера была установлена в целях безопасности, просмотра только своего участка, и что изображение на телевизоре фактически не фиксирует территорию истцов, что ответчики не осуществляют просмотр территории истцов, не фиксируют из жизнь, не наблюдают за ними, с учетом установленных в судебном заседании не могут являться основанием для отказа Корчагиным в удовлетворении заявленных требований в части возложения на ответчиков обязанности по демонтажу видеокамеры.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ ответчиками не представлены иные доказательства, опровергающие установленные в судебном заседании обстоятельства.

Вместе с тем, суд приходит к выводу, что требования истцов о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда, не подлежат удовлетворению исходя из следующего.

В соответствии с п. 1, п.2 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст. 151 ГК РФ).

В силу ст. 152.1 ГК РФ обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина (в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен) допускаются только с согласия этого гражданина. После смерти гражданина его изображение может использоваться только с согласия детей и пережившего супруга, а при их отсутствии — с согласия родителей. Такое согласие не требуется в случаях, предусмотренных законом.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 20.12.1994 __ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

С учетом вышеуказанных норм закона, истцами в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что со стороны ответчиков имело место вмешательство в их частную жизнь путем сбора, хранения и распространения информации об их частной жизни, обстоятельств причинения истцам морального вреда действиями ответчиков, нарушающими их личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие истцам другие нематериальные блага не установлено и в судебном заседании.

При этом судом принимается во внимание, что сама суть понятия «неприкосновенности» заключается не в особом состоянии человека, а в запрете другим субъектам собирать, хранить, распространять, изучать, использовать информацию о частной жизни, за исключением случае, предусмотренных федеральными законами.

В связи с чем, показания свидетелей Андрейчук Е.А., Подъячевой О.Е., показаниями специалиста, доводы истцов в обоснование заявленных требований о взыскании компенсации морального вреда, не могут быть приняты во внимание, и являться основанием для удовлетворения требования истцов в данной части.

Вместе с тем, наличие угрозы нарушения прав истцов на не прикосновенность частной жизни, в силу действующего законодательства, не является основанием для возложения на ответчиков обязанности по компенсации морального вреда.

А при таких обстоятельствах, суд отказывает Корчагиным в удовлетворении требований о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда.

Таким образом, исковые требования Корчагиных подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии со ст.ст. 94, 98 ГПК РФ, учитывая, что одно из двух заявленных истцами требований подлежит удовлетворению, с ответчиков в пользу Корчагина Р.В. подлежат взысканию частично возврат государственной пошлины в сумме 200 рублей, из оплаченной истцами государственной пошлины в сумме 400 рублей при обращении в суд (л.д. 3), также частично подлежат взысканию судебные расходы истцов, понесенные последними в рамках рассматриваемого спора по переводу технической документации в сумме 537 рублей 50 копеек (1075:2), за консультацию и участие в судебном заседании специалиста в сумме 2.250 рублей (4.500:2), несение данных расходов подтверждено соответствующими доказательствами (л.д. 103а, л.д. 103б, л.д. 103в, л.д. 68, л.д. 69).

С учетом изложенного, в соответствии со ст. 100 ГПК РФ с учетом всех обстоятельств дела, характера спорных правоотношений, времени рассмотрения спора, участия представителя истцов при рассмотрении дела, объема выполненной представителем истцов работы по составлению искового заявления, участия при подготовке дела к судебному разбирательству, при рассмотрении дела по существу, принимая во внимание решение совета адвокатской палаты от xx.xx.xxxx г. об утверждении минимальных размеров вознаграждения за отдельные виды услуг, суд исходя из принципа разумности и справедливости полагает возможным взыскать с ответчиков в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в сумме 8.000 рублей из заявленных 16.000 рублей, несение которых подтверждено соответствующими доказательствами (л.д.102, л.д. 103).

В соответствии со ст.ст. 94, 98, 100 ГПК РФ, учитывая, что исковые требования Корчагиных в части взыскании компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению, суд полагает возможным удовлетворить частично заявление Калугиной Т.Д. о взыскании с истцов судебных расходов и расходов на представителя, и считает необходимым взыскать с истцов в пользу Калугиной Т.Д. расходы по составлению справки специалиста в сумме 1.000 рублей (2.000:2), расходы по оплате услуг представителя в сумме 5.000 рублей, учитывая, что указанные расходы подтверждены соответствующими доказательствами (л.д. 106а, л.д. 105), указанные расходы, по мнению суда, являются разумными, с учетом сложности, объема дела, длительности его рассмотрения, обстоятельств, участия представителя ответчика в судебных заседаниях, объема работы представителя по составлению письменных отзывов, представлении доказательств, в обоснование возражений по заявленным требованиям.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194, 198 ГПК РФ, суд

Исковые требования Корчагина Романа Владимировича, Корчагиной Екатерины Анатольевны к Калугиной Татьяне Дмитриевне, Калугиной Ольге Александровне о возложении обязанности совершить определенные действия, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов, расходов на представителя удовлетворить частично.

Обязать Калугину Татьяну Дмитриевну, Калугину Ольгу Александровну за счет собственных средств демонтировать видеокамеру, установленную на деревянном шесте, расположенную на земельном участке по адресу г. Новосибирск 3-й переулок Бестужева, 4 на расстоянии в пределах двух метров от границы вышеуказанного земельного участка со стороны смежного земельного участка, расположенного относительно ориентира г. Новосибирск, 3-й переулок Бестужева, 6.

В удовлетворении требований Корчагина Романа Владимировича, Корчагиной Екатерины Анатольевны к Калугиной Татьяне Дмитриевне, Калугиной Ольге Александровне о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с Калугиной Татьяны Дмитриевны, Калугиной Ольги Александровны в равных долях в пользу Корчагина Романа Владимировича возврат государственной пошлины в сумме 200 рублей, судебные расходы по переводу в сумме 537 рублей 50 копеек, за консультацию и участие в судебном заседании специалиста в сумме 2.250 рублей, расходы по оплате услуг представителя в сумме 8.000 рублей, всего 10.987 рублей 50 копеек (десять тысяч девятьсот восемьдесят семь рублей 50 копеек).

Заявление Калугиной Татьяны Дмитриевны о взыскании судебных расходов, расходов на представителя удовлетворить частично.

Взыскать с Корчагина Романа Владимировича, Корчагиной Екатерины Анатольевны в равных долях в пользу Калугиной Татьяны Дмитриевны судебные расходы 1.000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 5.000 рублей, всего 6.000 рублей (шесть тысяч рублей).

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд через Заельцовский районный суд г. Новосибирска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение изготовлено в окончательной форме xx.xx.xxxx года.

Подлинное решение находится в материалах гражданского дела за __ Федерального суда общей юрисдикции Заельцовского района г. Новосибирска.

www.gcourts.ru