Законы о семейном насилии

Дыра в законодательстве – или в культурном коде?

Россия осталась единственной страной в Европе, где государство не защищает жертв насилия в семье

Кризисный центр «Китеж»

В ноябре 2017 года уполномоченный по правам человека в РФ Татьяна Москалькова заявила о необходимости закона против домашнего насилия. В том же месяце такой законопроект приняли в Армении. Россия и Узбекистан остались единственными странами Европы и Центральной Азии, где государство никак не защищает жертв насилия в семье.

Ирина (имя изменено) смотрит на меня взглядом таким усталым и затравленным, словно она только что очнулась от кошмарного сна.

«Родственники в Риге, но уехать я не могу — дочь не выпустят без разрешения ее отца».

Пятилетняя Катя вываливает на пол разноцветные рельсы, строит железную дорогу. Муж — тот, чье разрешение так необходимо, — избивал Ирину на глазах у ребенка, обещал убить обеих. В декабре 2016 года она оставила дом в Березниках. С дочерью на руках Ирина бежала в никуда, босыми ногами по снегу. Это не метафора.

Семь лет супружества превратили жизнь Ирины в ад. Она ни разу не писала на мужа заявлений в полицию — боялась, что убьет. Уехав в Москву, она сменила номер телефона и нашла работу. Сейчас Ирина с дочерью живет в кризисном центре «Китеж». Здесь ей помогли подать на развод и отчуждение отцовских прав.

«Мне ничего не надо от него, я просто хочу, чтобы мой ребенок был в безопасности».

«Китеж» помогает жертвам домашнего насилия с 2014 года. Сюда звонят те, на кого поднял руку близкий человек, здесь могут укрыться женщины с детьми, когда их жизни угрожает опасность. На подворье Новоспасского монастыря два небольших домика — один жилой, на двенадцать спальных мест; во втором скоро откроется центр реабилитации. Чтобы попасть в «Китеж», нужны только паспорт и медицинский полис — тем, кому идти некуда, здесь помогают с трудоустройством и регистрацией, а главное, дают кров, защиту и покой. «Максимальный срок — полгода. Женщина должна встать на ноги, снова самостоятельно принимать решения, — объясняет директор Алена Садикова. — Мы не спасатели, а поддержка».

Государственных центров такого рода в Москве всего два — «Дубки» и «Надежда». Здесь помогут, если женщина придет с медсправкой (докажет побои), постоянной московской регистрацией и еще ворохом документов. А «Китеж» принимает всех. Более того, госорганы и службы сами постоянно направляют сюда пострадавших.

«Китежу» помогает «Ростелеком». Берет на себя самые базовые расходы — коммунальные услуги, минимальные зарплаты работникам, частично закупку продуктов, лекарств и оплату содержания подопечных — 20 тысяч в месяц на человека.

Каждая копейка расписана, и даже несмотря на поддержку спонсора, «внеплановых» нужд у «Китежа» очень много: ремонт отопления, очистка воды, пожарная сигнализация и прочее. Добиться помощи государства можно, лишь выиграв грант — президентский или Комитета общественных связей (КОС). После четырех безрезультатных попыток в прошлом ноябре «Китеж» получил наконец от КОС субсидию малого размера. Возможно, на эти деньги удастся привести в порядок то, что требовало ремонта в течение нескольких лет. Но дальше тоже надо как-то жить. Потому что нуждающихся в помощи не становится меньше.

По данным ВЦИОМ, из опрошенных 1800 респондентов каждая четвертая женщина сталкивалась с домашним насилием. По статистике МВД, 40% тяжких уголовных преступлений совершаются в семье. Иногда, чтобы подать заявление, надо рискнуть жизнью. Чтобы дело было заведено — пережить бюрократическую экзекуцию.

Почти все подопечные «Китежа» обращались в полицию. Часто у мужа в органах связи, и заявление не принимают, потому что не в том месте стоит запятая. Даже если есть доказательства избиения и свидетели.

В январе 2017 года семейные побои из 116-й статьи Уголовного кодекса перевели в административный. Случаи, когда муж поднимает руку на жену, родитель — на ребенка, внук — на пожилых бабушку или дедушку, приравняли к уличной потасовке. Обидчика штрафуют на пять тысяч рублей, и он не в самом благостном расположении духа возвращается домой. Жертва теперь сама-себе-следователь и адвокат. Должна провести расследование по делу о своем избиении и нанять защитника для суда. Потому что государство этого делать не будет.

Доказать побои удается не всегда, потому что многие насильники знают, как бить, чтобы без синяков; заявление не примут, если в медзаключении врач не указал цвет гематомы. Деньги на адвоката тоже найдутся не у всех. Впрочем, как и на оплату штрафов из семейного бюджета.

В «Китеже» вспоминают многодетную маму. Ее избивал безработный муж, она заявила в полицию и почему-то получила штраф на свое имя.

Это новая история. Женщина должна заплатить за то, что ее избили. Теперь заявлений, вероятно, будет еще меньше, а статистика улучшится.

Депутат, член партии «Справедливая Россия» Елена Мизулина артистично выступала в Госдуме: «Нет таких россиян, которые были бы за домашнее насилие. В традиционной семейной культуре отношения строятся на авторитете родительской власти. Способность прощать — это часть национальной и православной традиции».

Предложение оставить уголовную ответственность хотя бы для случаев избиения беременной женщины или ребенка было отклонено. К религиозным догмам, перекладыванию вины на жертву и привычке терпеть добавилась безнаказанность насильника.

Однажды в «Китеж» звонили из органов опеки и требовали сообщить адрес. Отец, от которого сбежали домочадцы и здесь скрылись, желал увидеться с сыном. Директор предложила сделать это на нейтральной территории. В ответ — обещание написать в прокуратуру. На кризисный центр! Право силы.

Получается, система заточена на то, чтобы сохранить семью хоть в каком-то виде. А это все равно что подкрашивать фасад дома, в котором сыплются стены.

Несмотря на все разговоры о священных скрепах, среди стран ООН Россия занимает первое место по числу разводов. Марина с дочерьми

Идти Марине было некуда — сирота, гражданство украинское. Во время первой беременности денег им с мужем не хватало катастрофически, и квартиру на Украине пришлось продать. Когда Марина оказалась в полной зависимости от мужа, он начал поднимать руку.

Два года назад муж столкнул Марину с балкона. У нее был сломан позвоночник. Скорую вызывала двенадцатилетняя дочь. В суде она пошла на примирение, потому что муж рыдал на коленях и обещал исправиться и потому что, кроме Марины, у него никого не было — за 13 лет жизнь сузилась до одного мужчины и двух девочек.

Почти год ей пришлось провести в инвалидной коляске. Несмотря ни на какие обещания, муж начал бить ее еще сильнее. И до и после того, как она оказалась в инвалидном кресле, приезжала полиция и так же уезжала: «Дело семейное, разбирайтесь сами».

Когда терпеть не осталось сил, Марина поднялась на ноги. Гораздо раньше, чем советовали врачи.

Однажды в гневе муж швырнул вазу в старшую дочь. Девочка убежала на улицу. Марина дождалась, когда он уснет, и в тапочках, на ватных ногах, ушла из дома. Навсегда. Младшую ей забрать не удалось — муж заснул с ней в обнимку.

«Он болен, а лечиться не хочет. Говорит, я завербована какой-то организацией, искал жучки в ушах у детей. Младшую девочку он не отдает, и я мучаюсь, что бросила ее. Несколько раз обращалась в органы опеки, но там твердят, что без лишения отцовских прав ничего сделать не могут. Нужен адвокат, а я едва свожу концы с концами».

Около полугода назад Марина пряталась в «Китеже». Муж ее нашел, выволок на улицу, бросался на остальных женщин, на батюшку. Полиция приехала через два часа после вызова, Марина написала заявление. Обещали позвонить — не позвонили.

«Абсолютная власть — это серьезное искушение, и многие с ним не справляются. А женское терпение воспитано традицией, — объясняет Алена. — С детства женщину готовят стать хранительницей очага, и если в семье начинаются проблемы, муж поднимает руку, принято думать, что это она сделала что-то не так и должна исправиться. Но он снова бьет, и снова, и вот это уже не семья, а война».

99% женщин попадают в «Китеж» беременными или с детьми, у которых уже травмирована психика.

Антоний Сужорский говорил, что насилие — это любовь, понятая неправильно. Если девочку били в детстве, она готова пройти через это снова. Для мальчика это уже модель поведения. А поговорку «бьет — значит любит» в России знает каждый ребенок. Однажды я ее озвучила своему европейскому другу. Он подумал, что я так неудачно шучу. Потом долго молчаливо качал головой. Там о такой любви не слышали.

Агрессию необходимо лечить, а не терпеть. Но «вынести сор из избы» — стыдно. Муж сделал больно — стыдно. Написать заявление — стыдно. Стыдно, что не сохранила семью. Женщина решается пойти в полицию, а там слышит: «Желаешь детям отца-уголовника?» Родители умоляют «пожалеть». О высокой миссии жертвы неустанно напоминает церковь.

В «Китеж» обратился батюшка, который уже не понимал, что делать с семьей прихожан, которые двенадцать лет прожили в цикличном «побои— исповедь — побои».

Помочь женщине «Китеж» не успел. Она наложила на себя руки. Крест был неподъемный, смиряться не осталось сил.

В социальной концепции церкви насилие в семье является поводом для развода, но многие священники все равно советуют «потерпеть». «Китеж» проводит в церквях курсы для батюшек, рассказывая, как можно помочь таким семьям.

На подворье Новоспасского пахнет осенней умирающей красотой. Где-то мычит корова. Алена в наспех повязанном платке покупает пирожки в монастырской лавке и вручает их мне, на дорожку.

«Кавказцы приезжали недавно забирать девушку, но к ним вышел батюшка Серафим, и они не решились войти — духовное лицо все-таки».

Мне странно, что людей может остановить религиозный авторитет, а не страх причинить боль. Не очень ясно, дыра ли это в законодательстве, или в культурном коде.

Кстати, понятия семейного насилия в российском своде законов просто нет. Между тем с 90-х годов ввести его пытались более сорока раз.

Над последней версией законопроекта «О предупреждении и профилактике семейно-бытового насилия» работали юристы и общественные деятели. В 2016 году Госдума его отклонила. «Не досчитались» отзыва правительства, хотя авторы утверждают, что он был приложен.

В октябре 2017 года закон снова направили на рассмотрение.

Помимо введения самого термина домашнего насилия он меняет отношения между государством и жертвой, предлагает власть имущим все-таки защищать потерпевшего, а не умывать руки, когда ситуация уже вышла из-под контроля. Полиция ведет расследование, адвоката жертва получает бесплатно. Ей не надо самостоятельно доказывать, что ее жизнь в опасности. Не надо искать сумасшедшие деньги на защиту в суде.

Более того, уже при угрозе избиения потенциальной жертве выдают охранный ордер, а агрессор изолируется. И это принципиальный момент. Не жертва бежит в приют босиком с ребенком на руках — уйти должен обидчик.

Казалось бы, речь идет о само собой разумеющихся мерах. Но в правительстве упорно делают вид, что перемен нам не надо, и рассуждают о «женских привилегиях». Интересно, что о привилегиях думают подопечные «Китежа».

Если этот закон наконец получит отклик, если будет принят, то человек сможет обратить на себя внимание до того, как его убили или усадили в инвалидное кресло.

Анна Зайкова,
специально для «Новой»

Больше узнать о законопроекте и поддержать его можно на сайте domesticviolence.ru

Пока закона у нас нет, «Китеж» — одно из немногих мест, где жертвы могут получить укрытие. Помочь приюту можно посильно денежными средствами или гуманитарно.

Автономная некоммерческая организация «Центр помощи семьям, находящимся в трудной жизненной ситуации, «Китеж»
АНО «Китеж» или Женский кризисный центр «Китеж»
ОГРН 1137799016189
Юр. адрес: 127951, Москва, ул. Крестьянская площадь, вл. 10, стр. 20.
ИНН 7705521799
КПП 770501001
Код по ОКПО 17255632
ОКВЭД 74.13.2
ОГРН 1137799016189
Р/с 407 038 107 382 500 017 90
ОАО «Сбербанк России», г. Москва
К/с 30101810400000000225
БИК 044525225
Тел./Факс +7 916 920-10-30

www.novayagazeta.ru

Закон о семейном насилии: туманные формулировки и скрытые риски

Нелли Даниелян, Sputnik

Законопроект о семейном насилии, переданный на рассмотрение парламента, был доработан после общественных слушаний. В результате, нынешний вариант законопроекта в некоторой степени отличается от представленного общественности ранее.

Однако даже с учетом правок специалисты усматривают в законопроекте ряд скрытых угроз. Некоторые из проблем в беседе со Sputnik Армения обозначил адвокат, эксперт по правовым вопросам Палаты адвокатов Армении Арташес Халатян.

По задумке авторов, формулировка «…и восстановление гармонии в семье» является также одной из целей законопроекта.

Это выражение, как считает Арташес Халатян, приемлемо на уровне декларации, но с точки зрения практического применения вызывает очевидные вопросы.

Проект закона предполагает защиту от пяти видов семейного насилия: физического, сексуального, психологического, экономического, а также пренебрежения.

Первые два вида насилия – преступления, предусмотренные Уголовным кодексом Армении. Психологическое насилие предлагается трактовать как преднамеренное причинение сильных душевных страданий, внушение обоснованного чувства страха. Экономическое насилие, согласно закону, являет собой умышленное введение жертвы в положение материальной зависимости, лишение человека средств к существованию с целью контроля над ним. Последняя форма, игнорирование, подразумевает умышленное неудовлетворение родителями или законными представителями минимальных потребностей ребенка для проживания (еда, одежда, жилье, медицинская помощь, образование и пр).

Адвокат задается вопросом: каким именно способом государство намерено измерять «страх» или «игнорирование ребенка»? Тем не менее, при подозрении на практику или отдельные случаи насилия в семье закон наделяет сотрудника полиции правом принять решение о немедленном вмешательстве в ситуацию.

Согласно закону, отмена ограничений возможна только в результате примирения сторон, по истечению установленного срока или в случае соответствующего решения суда.

Полномочия, которыми закон наделяет сотрудников полиции, – отдельная тема.

«Полицейские получают право квалифицировать инциденты и на месте принимать те или иные решения. Это чревато злоупотреблениями и возникновением новых коррупционных рисков», — отметил Халатян, подчеркнув, что изложенные в законопроекте формулировки вместо профилактики насилия могут привести к вторжению в личное пространство семей.

Законопроект предусматривает ведение института центров помощи жертвам насилия и приютов. Центры по оказанию помощи получат право открывать специальные «счета поддержки» для пострадавших, распоряжаться средствами с этих счетов, реализовывать программы по восстановлению, предоставлять услуги психолога, содействовать трудоустройству и так далее.

Что касается приютов, они будут основываться государством или частными организациями, которым выдадут лицензию. Закон требует, чтобы приюты соответствовали ряду стандартов: они должны обладать благоустроенной коммунальной инфраструктурой, быть оборудованы санитарными и противопожарными системами, системами безопасности, обеспечивать достойные условия для ухода за детьми и доступ к образованию.

Помимо бесплатного жилья, психологической и юридической помощи лицам, ставшим жертвой семейного насилия, будут предоставлены продукты питания и одежда.

Решение об определении человека в приют могут принимать сотрудники полиции и центры помощи жертвам насилия. Лицо, признанное жертвой, может проживать в приюте до одного года.

Арташес Халатян считает, что это положение о секретности тоже несет в себе определенные риски.

«Мы неоднократно публично обращались к авторам законопроекта с предложением убрать из законопроекта пункт о том, что даже сама жертва не имеет права говорить кому-либо, где находится. Но в остальном секретность сохраняется, и это может привести к злоупотреблениям», — говорит Халатян.

Проект закона «О профилактике семейного насилия; защите лиц, подвергшихся семейному насилию и восстановлении гармонии в семье» будет обсуждаться на внеочередном заседании парламента Армении 16 декабря.

Факт регистрации и авторизации пользователя на сайтах Спутник при помощи аккаунта или аккаунтов пользователя в социальных сетях обозначает согласие с данными правилами.

Пользователь обязуется своими действиями не нарушать национальное и международное законодательство. Пользователь обязуется высказываться уважительно по отношению к другим участникам дискуссии, читателям и лицам, фигурирующим в материалах.

Администрация вправе удалить комментарии, сделанные на языках, отличных от языка, на котором представлено основное содержание материала.

  • не соответствует тематике комментируемого сообщения;
  • пропагандирует ненависть, дискриминацию по расовому, этническому, половому, религиозному, социальному признакам, ущемляет права меньшинств;
  • нарушает права несовершеннолетних, причиняет им вред в любой форме, в том числе моральный;
  • содержит идеи экстремистского и террористического характера, призывает к иным незаконным действиям;
  • содержит оскорбления, угрозы в адрес других пользователей, конкретных лиц или организаций, порочит честь и достоинство или подрывает их деловую репутацию;
  • содержит оскорбления или сообщения, выражающие неуважение в адрес Спутник;
  • нарушает неприкосновенность частной жизни, распространяет персональные данные третьих лиц без их согласия, раскрывает тайну переписки;
  • содержит описание или ссылки на сцены насилия, жестокого обращения с животными;
  • содержит информацию о способах суицида, подстрекает к самоубийству;
  • преследует коммерческие цели, содержит ненадлежащую рекламу, незаконную политическую рекламу или ссылки на другие сетевые ресурсы, содержащие такую информацию;
  • продвигает продукты или услуги третьих лиц без соответствующего на то разрешения;
  • содержит оскорбительные выражения или нецензурную лексику и её производные, а также намёки на употребление лексических единиц, подпадающих под это определение;
  • содержит спам, рекламирует распространение спама, сервисы массовой рассылки сообщений и ресурсы для заработка в интернете;
  • рекламирует употребление наркотических/психотропных препаратов, содержит информацию об их изготовлении и употреблении;
  • является частью акции, при которой поступает большое количество комментариев с идентичным или схожим содержанием («флешмоб»);
  • автор злоупотребляет написанием большого количества малосодержательных сообщений, или смысл текста трудно либо невозможно уловить («флуд»);
  • автор проявляет неуважение к языку, например, текст написан целиком или преимущественно набран заглавными буквами или не разбит на предложения.
  • Администрация имеет право без предварительного уведомления пользователя заблокировать ему доступ к странице или удалить его аккаунт в случае нарушения пользователем правил комментирования или при обнаружении в действиях пользователя признаков такого нарушения.

    m.ru.armeniasputnik.am

    Война и ВПК

    Все за сегодня

    Мультимедиа

    Россия: Усугубит ли новый закон ситуацию с домашним насилием?

    В России вступил в силу закон, отменяющий уголовную ответственность за побои в семье, совершенные впервые. Противники закона ожидают, что число жертв домашнего насилия вырастет, так как принятый закон «развязал руки» дебоширам.

    Госдума России в конце января приняла закон о декриминализации домашнего насилия, который вступил в силу после подписания его 7 февраля президентом РФ Владимиром Путиным. Теперь за побои в отношении близких родственников, совершенные впервые, вместо уголовного преследования полагается административное наказание в виде штрафа до 30 тысяч рублей, ареста до 15 суток или 120 часов исправительных работ. Уголовная ответственность наступает, если нарушение будет совершено повторно в течение года. В первые два дня после вступления в силу закона в одном из российских городов-миллионников, где велись наблюдения, число обращений в полицию выросло в 2,5 раза.

    Зачем декриминализировали

    Законопроект вносили депутаты из партии «Единая Россия». Раньше побои в семье наказывались более строго — лишением свободы на срок до двух лет — чем побои при некоторых других обстоятельствах. Теперь депутаты решили устранить дисбаланс.

    «Уголовная ответственность за побои в семье противоречит основным юридическим принципам. Если мать-одиночка обнаружит у сына в тумбочке наркотики, и даст ему затрещину, она по этому закону действующему становится уголовницей, а чужой дядя, поставивший ему фингал на улице, — нет, — цитировало первого зампреда «Единой России» Андрея Исаева радио «Эхо Москвы».

    Идею декриминализации поддержал и Верховный суд России. «Заместитель председателя Верховного суда Владимир Давыдов не скрывает, что декриминализация в том числе и побоев позволит значительно «разгрузить» суды. Я считаю, что декриминализировать что-либо нужно исключительно исходя из состояния преступности в стране, а не из желания разгрузить то или иное ведомство», — возмутился Александр Кошкин, юрист Фонда поддержки пострадавших от преступлений.

    Насилие — это не по-мужски

    Насилие без вреда для здоровья

    Женщины ищут защиты от насилия

    «Закон оставляет весьма странное впечатление. Некоторые утверждают, что иначе ювенальная юстиция станет изымать ребенка из семьи «за шлепок». Но никакого закона «о шлепках» никогда не было. Речь о реальных побоях. Со следами. Их нужно доказать, зафиксировать, потом уже возбуждали дело. Чтобы обратиться в полицию по поводу побоев, обычно нужна серьезная причина. До 90% таких заявлений и так забирают обратно. Не было никаких оснований пересматривать прежние правила, ведь сколькие женщины и дети страдают от домашних садюг… Второго обращения может не случиться», — написал Шаргунов в своем аккаунте в Facebook.

    Несмотря на то, что в Госдуме против принятия этого закона проголосовали только три депутата, противников у него было много. Еще на стадии рассмотрения законопроект вызвал серьезный общественный резонанс в СМИ. Против закона выступали многие правозащитники, общественные активисты, журналисты.

    Ошибочный закон

    Юрист и руководитель проекта «Насилию.Нет» Анна Ривина считает принятый закон ошибкой, так как статья, которая была в законе, брала на себя превентивную задачу, то есть предотвращала более тяжкие преступления. Она прогнозирует, что теперь число женщин, пострадавших от домашнего насилия, вырастет.

    Аналогичной позиции придерживается и мэр Екатеринбурга Евгений Ройзман. Спустя два дня после вступления в силу закона о декриминализации чиновник написал на своей страничке в соцсети, что если раньше полиция Екатеринбурга выезжала на бытовые конфликты и семейное насилие 120-130 раз в сутки, то сразу после принятия закона количество вызовов увеличилось до 300-350 в сутки.

    «То есть, декриминализацию по статьям 116 и 117 УК РФ (побои и истязания) восприняли так: Было нельзя, а стало можно! Те, кто работает с этим «на земле», прогнозируют увеличение количества случаев и утяжеление последствий», — отметил Евгений Ройзман.

    При этом январский опрос ВЦИОМ, посвященный декриминализации побоев в семье, показал, что россияне в большинстве своем осуждают семейное насилие, но поддерживают инициативу смягчить наказание за первый случай нанесения побоев. Идея смягчения наказания нашла поддержку у 59% опрошенных, и лишь 33% респондентов высказались против такого подхода. Более того, многие из принявших участие в опросе полагают, что эта мера приведет к снижению числа семейных побоев.

    По официальной статистике МВД, в 2015 году число преступлений, сопряженных с насильственными действиями в отношении члена семьи, составило порядка 50 тысяч. Абсолютное большинство жертв — женщины. Причем эта цифра отражает только число обратившихся в полицию. «Как правило, около 30% случаев семейного насилия попадают в статистику МВД. Из них только одна десятая становится основанием для возбуждения уголовного дела. И только 3-7% таких дел доходят до суда», — пояснила Ривина.

    Противники закона указывают на то, что если нарушителя обяжут заплатить штраф, то выплачиваться он, скорее всего, будет из семейного бюджета, а не за счет обидчика. А если это будет арест, то по возвращении это будет разъяренный человек, не ограниченный никакими механизмами.

    Нужен отдельный закон против домашнего насилия

    Активисты, включая независимый благотворительный Центр помощи пережившим сексуальное насилие «Сестры», Центр по предотвращению насилия «Анна», а также адвокатов, среди которых Алена Попова, Анна Ривина, Мари Давтян, уже несколько лет добиваются принятия специального закона против домашнего насилия. Они подали более 10 законопроектов в Госдуму, но безрезультатно. Последний раз попытка была сделана в 2015 году, но снова законопроект был проигнорирован. Теперь юристы и организации готовят новый документ.

    «В январе этого года, когда депутаты рассматривали законопроект о декриминализации, мы обратились с просьбой к председателю Совета федерации Валентине Матвиенко заморозить документ до принятия специального закона о домашнем насилии, но нас не услышали», — рассказала Ривина.

    Такой закон работает более чем в 140 странах мира, включая такие постсоветские страны, как Казахстан, Украина, Беларусь, Молдова и Кыргызстан, но в России его принимать не спешат. При этом в стране каждые 20 минут от домашнего насилия страдает одна женщина, сообщается в докладе Министерства труда и социальной защиты РФ.

    «Я больше десяти лет прожила в браке с мужем, у нас двое детей. Последние несколько лет семейной жизни стали для меня адом, — рассказала 35-летняя жительница Владивостока Анна. — Муж подсел на наркотики. […] У него начались жуткие психологические проблемы, […] и в моменты таких приступов он держал под прицелом ружья меня и моих родителей, врывался в квартиры к соседям с угрозами. Я никуда не могла от него спрятаться. И кроме как к полиции обратиться за помощью некуда, нет никаких государственных институтов ни для женщин, страдающих от домашнего насилия, ни для наркоманов, где бы их можно было лечить насильно. Я несколько раз писала заявления в полицию, но мужа там держали несколько часов и отпускали. И как ни ужасно это звучит, но моим спасением стала смерть другого человека. Мой муж подрался с приятелем, который скончался от его побоев, и в итоге мужу дали 9 лет за убийство. Только тогда я вздохнула спокойно».

    Эксперты приводят в пример опыт Белоруссии, где действует закон о домашнем насилии. Если в семье происходит насилие, то агрессора изолируют, а на пострадавшую выписывается охранный ордер, ей стараются обеспечить охрану жизни и здоровья. Для нарушителей есть различные реабилитационные программы, после прохождения которых они меняют свое поведение.

    «Специальный закон [против домашнего насилия] нужен не для того, чтобы засадить как можно больше людей, а для того, чтобы насилие не было нормой жизни», — объяснила Ривина, подчеркивая, что ключевой момент закона заключается в том, что каждый человек имеет право чувствовать себя в безопасности и в плане жизни, и в плане здоровья. А в российском контексте, отмечает юрист, смелые женщины зачастую те, кто просто умудряется выйти из таких отношений и уйти от агрессора. При этом они после ухода преследуются, у них отбирают детей, им поджигают дома, избивают бывших тещ. И в итоге такие женщины, защищая свою жизнь, порой оказываются в тюрьме, по статьям об умышленном причинении вреда здоровью или умышленном убийстве, хотя они много раз просили у государства помощи, а государство игнорировало их.

    inosmi.ru

    В Госдуме готовится закон о профилактике домашнего насилия

    МОСКВА, 11 янв — РИА Новости. Законопроект об основах профилактики домашнего насилия готовится в России, внести его в Госдуму планируется в течение одного-двух месяцев, сообщила один из авторов проекта, заместитель председателя комитета ГД по делам семьи, женщин и детей Оксана Пушкина.

    Как пояснила журналистам депутат, по просьбе спикера Госдумы Вячеслава Володина она обсудила проект с заместителем председателя ГД Ириной Яровой, после чего к разработке документа были привлечены эксперты из Конституционного суда.

    По словам Пушкиной, в проекте закона идет речь о так называемом охранном ордере — документе, который выдается судом и определенным образом ограничивает поведение обвиняемого в жестоком обращении.

    Парламентарий назвала такую меру превентивной и предупредительной, добавив, что статистику Следственного комитета и МВД РФ по домашнему насилию в стране можно считать неудовлетворительной.

    Версия 5.1.11 beta. Чтобы связаться с редакцией или сообщить обо всех замеченных ошибках, воспользуйтесь формой обратной связи.

    © 2018 МИА «Россия сегодня»

    Сетевое издание РИА Новости зарегистрировано в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор) 08 апреля 2014 года. Свидетельство о регистрации Эл № ФС77-57640

    Учредитель: Федеральное государственное унитарное предприятие «Международное информационное агентство «Россия сегодня» (МИА «Россия сегодня»).

    Главный редактор: Анисимов А.С.

    Адрес электронной почты Редакции: [email protected]

    Телефон Редакции: 7 (495) 645-6601

    Настоящий ресурс содержит материалы 18+

    Регистрация пользователя в сервисе РИА Клуб на сайте Ria.Ru и авторизация на других сайтах медиагруппы МИА «Россия сегодня» при помощи аккаунта или аккаунтов пользователя в социальных сетях обозначает согласие с данными правилами.

    Пользователь обязуется своими действиями не нарушать действующее законодательство Российской Федерации.

    Пользователь обязуется высказываться уважительно по отношению к другим участникам дискуссии, читателям и лицам, фигурирующим в материалах.

    Публикуются комментарии только на тех языках, на которых представлено основное содержание материала, под которым пользователь размещает комментарий.

    На сайтах медиагруппы МИА «Россия сегодня» может осуществляться редактирование комментариев, в том числе и предварительное. Это означает, что модератор проверяет соответствие комментариев данным правилам после того, как комментарий был опубликован автором и стал доступен другим пользователям, а также до того, как комментарий стал доступен другим пользователям.

    Комментарий пользователя будет удален, если он:

    • не соответствует тематике страницы;
    • нарушает права несовершеннолетних, причиняет им вред в любой форме;
    • содержит идеи экстремистского и террористического характера, призывает к насильственному изменению конституционного строя Российской Федерации;
    • содержит оскорбления или сообщения, выражающие неуважение в адрес МИА «Россия сегодня» или сотрудников агентства;
    • содержит ссылки на сцены насилия, жестокого обращения с животными;
    • имеет непристойное содержание, содержит нецензурную лексику и её производные, а также намёки на употребление лексических единиц, подпадающих под это определение;
    • содержит ссылки на вирусы и вредоносное программное обеспечение;
    • автор нарушает сетевой этикет, проявляя формы агрессивного, издевательского и оскорбительного поведения («троллинг»);
    • автор проявляет неуважение к русскому языку, текст написан по-русски с использованием латиницы, целиком или преимущественно набран заглавными буквами или не разбит на предложения.
    • Пожалуйста, пишите грамотно — комментарии, в которых проявляется пренебрежение правилами и нормами русского языка, могут блокироваться вне зависимости от содержания.

      Администрация имеет право без предупреждения заблокировать пользователю доступ к странице в случае систематического нарушения или однократного грубого нарушения участником правил комментирования.

      Пользователь может инициировать восстановление своего доступа, написав письмо на адрес электронной почты [email protected]

      В письме должны быть указаны:

    • Тема – восстановление доступа
    • Логин пользователя
    • Объяснения причин действий, которые были нарушением вышеперечисленных правил и повлекли за собой блокировку.

    Если модераторы сочтут возможным восстановление доступа, то это будет сделано.

    В случае повторного нарушения правил и повторной блокировки доступ пользователю не может быть восстановлен, блокировка в таком случае является полной.

    ria.ru